Best design in 1024×768 Пятница, 24.11.2017, 23:35

Меню сайта
Главная » Статьи » Мои статьи

глава 13
Было решено позволить мне посещать занятия. Давно я не была так счастлива.
Ложась спать, я представляла, как на следующий день появлюсь в Большом Зале – о, как я соскучилась по нему! – сяду на привычное место, рядом с Джинни и Роном, получу с совой привычный номер привычного Ежедневного Пророка, выпью стакан привычного тыквенного сока и съем привычный завтрак… Конечно, придется пережить несколько минут пристального внимания со стороны остальных учеников, но это ничто по сравнению с тем блаженством, которое я испытаю, садясь за парту в классе Трансфигурации, или готовя котел на Зельях! Я не могла дождаться, когда смогу поднять руку, чтобы ответить на сложный вопрос и подтвердить свой статус Всезнайки, которым я, чего уж скрывать, горжусь. Я трепетала, представляя, как легко и безупречно буду выполнять все новые заклинания, как аккуратным почерком буду вести конспекты по истории Магии, как с удвоенным энтузиазмом буду читать Древние Руны. Жизнь определенно начала налаживаться.
Ой, а сколько времени я теперь могла проводить в библиотеке!

***
Уснуть мне удалось только под утро, и потому проснулась я в прескверном настроении. Такое уже бывало: не раз я ждала дня рождения или рождества, находясь в состоянии эйфории, но когда праздник приходил, я встречала его с хмурым лицом и недовольным брюзжанием. Мальчики еще спали – завтрак ждал их на столе, и съесть его им предстояло в одиночестве. Я же, наспех совершив утренний туалет, поспешила в Большой Зал.
Всё прошло именно так, как я и предполагала, с той только разницей, что я не беззаботно игнорировала настырность и любопытство других учеников, но довольно резко, можно сказать, приказывала, оставить меня в покое. Как можно догадаться, мало кому понравилось такое обращение.
- Мне кажется, её рановато выпустили, - пробормотал Мэтью Корнуэл с третьего курса, за что схлопотал неприятное заклинание и опоздал на занятия, так как провел несколько неприятных минут в уборной.
Джинни и Рон, уже знакомые с этой разновидностью моего плохого настроения, предпочли помалкивать.
- Гермиона, а что с Гарри Поттером и Драко Малфоем? – поинтересовалась Натали МакДональд, и голос её был наполнен таким сочувствием, что я просто не смогла ответить грубо.
- Им уже лучше, но состояние все еще не стабильное. Уверена, скоро они будут в порядке.
Натали закусила нижнюю губу и, набравшись смелости, спросила:
- А их можно навестить?
- Зачем тебе? – тут же встряла Джинни, и, по моему скромному мнению, прозвучал вопрос не достаточно деликатно.
- Просто… мы все за них переживаем, - ответила ангелоподобная девочка, смутившись.
- Боюсь, что навестить тебе их не удастся, но я обязательно передам, что ты справлялась об их здоровье, - сказала я, глядя на Натали с некоторым сочувствием.
Очередная фанатка Мальчика-Который-Выжил. Мне жаль таких девочек, честное слово. Жаль почти до слез.
***

Наконец, начались долгожданные уроки. Я, честно говоря, очень боялась, что из-за моего «декретного отпуска», я многое пропустила и теперь стану отстающей. Конечно, накануне вечером я перечитала записи Джинни, которые она в виде исключения делала с особой тщательностью, ибо знала, что за неаккуратный почерк или торопливую бессмыслицу поплатится несколькими минутами, проведенными в компании с недовольной Гермионой Грейнджер. Приятного в этом очень мало, поверьте – мне в её компании приходится проводить добрую половину дня. И еще я пролистала несколько дополнительных к учебникам книг, но с тем, сколько времени я уделяла учебе последние дни, могло статься, что и этого не достаточно.
К счастью, все обошлось – словно я ничего и не пропустила. Я отвечала на все вопросы, моя рука то и дело взлетала вверх, а задания выполнялись мною безукоризненно.
На удачу, в этот мой первый день не было зелий, мне была необходима моральная подготовка. То, что я собиралась сделать, было просто возмутительно и совершенно противоречило моей натуре, склонной к выполнению правил и норм этикета. В большинстве случаев.
Но на следующий день я была во всеоружии. Больше того, я была настроена самым воинствующим образом, поскольку утром второго учебного дня получила письмо от мамы. Нет смысла пересказывать его, и так не сложно представить содержание. И во мне боролись два практически противоположных чувства: с одной стороны, меня злила мама, которая не хотела оставить идею о том, что мы с профессором прекрасно подходим друг другу. И виноват в этом был, вполне очевидно, Снейп. С другой – мне было очень обидно за родителей, особенно за маму, оказавшуюся наиболее наивной и, как следствие, обманутой. С ними поступили нечестно, а мама так искренне демонстрировала свою симпатию, что надо, наверное, быть совершенно бессердечной скотиной, чтобы не почувствовать хотя бы легко раскаяния.
В любом случае, как ни крути, профессор Снейп был виновен по всем статьям. Присяжные вынесли приговор, судья огласил его и пристав был готов увести обвиняемого.
Мы с Джинни и Роном стояли недалеко от кабинета Зелий и проводили последние минуты перед занятием в пустой болтовне.
- …я объясняла им, что тебе все еще нужно ночевать в Больничном Крыле, потому что ночью могут случиться приступы, но девочки, кажется, не очень-то мне поверили, - говорила Джинни.
- Это уже не наша забота, - ответила я несколько более беспечно, чем рассчитывала, - Мы объявили официальную версию, и делаем все возможное, чтобы никто не узнал правду. Всё остальное зависит от директора и мадам Помфри.
Джинни пожала плечами, очевидно не видя большого смысла в моих словах.
- Может, тебе действительно лучше начать ночевать в Больничном Крыле? – внес предложение Рон, - Чтобы не вызывать подозрений.
- Не думаю, что кто-то начнет выяснять правду. Вечером я действительно иду туда, а потом выбираюсь в мантии-невидимке. И если только кто-то вздумает навестить меня ночью, а мадам Помфри или Снейп проглядят нарушителя, им удастся выяснить, что я провожу ночь вовсе не в Больничном Крыле. Но где именно я бываю, им все равно не узнать.
- Да и за Гарри с Драко надо присматривать, - заметила Джинни, - Вчера они вели себя хорошо, но это не значит, что можно бросать их на произвол судьбы.
Я согласилась с Джинни. От этих сорванцов никогда не знаешь, чего ожидать. Без надзора они совсем отобьются от рук – тут даже сомневаться не приходится. Кроме того, по правде говоря, я слишком к ним привыкла, чтобы расставаться надолго. Но это мой секрет.
Наконец, зазвенел колокол – пришла пора идти в класс. Мысленно я злорадно потерла ручки.
На высших зельях нас было одиннадцать человек, без Гарри и Драко – девять: я, Джинни, Рон, Годвин Джефри, тоже гриффиндорец, Кристина Турпин и Оуэн Уитби из Рейвенкло и слизеринцы Чосер Харпер, Аменда Деррик и Аврелий Уркуорт. С таким составом я могла надеяться на то, что все, что произойдет на уроке, не станет достоянием гласности, потому что рейвенкловцы обычно не сплетничают, а слизеринцы не захотят распространяться о том, что увидят. С Джефри же мы как-нибудь могли бы договориться.
Но надежда была скорее иллюзорной, больше походившей на отчаяние. Не смотря ни на что, я набрала в грудь воздуха и высоко подняла руку.
Снейп намеренно долго игнорировал меня, вероятно, надеясь, что из-за оттока крови моя рука онемеет, а может быть, если ему очень повезет, отнимется. В какой-то момент я тоже начала так думать, но профессор, наконец, соизволил недовольно посмотреть на меня и раздраженно произнести:
- Мисс Грейнджер, если вы не в состоянии без вопросов прочитать рецепт зелья, написанный на доске, я думаю, вам стоит оставить мой курс высших зелий.
- Но дело касается не зелья, - ответила я добродушно.
Ох, знали бы вы, чего мне стоил тот приветливый, приправленный наивностью и не наигранной веселостью, тон!
- В таком случае я тем более настаиваю на том, чтобы вы вернулись к работе и перестали трясти рукой, словно вас сводит судорогой.
Сказав это, Снейп вернулся к чтению чего-то крайне важного, но я не успокоилась. Перешагнув через себя, я заговорила без разрешения:
- Но сэр, это действительно важно! Мне никак не удавалось поговорить с вами, поэтому лучшего времени, чем сейчас, я просто не вижу.
Профессор поднял на меня полный подозрения взгляд. Он понял, что дело нечисто, и определенно не был уверен, хочет ли узнать, что я задумала.
- Вы можете подойти после урока, мисс Грейнджер, если что-то так терзает вас, - произнес он с угрозой в голосе.
Но я была полна решимости и отваги.
- Да, сэр, конечно, я понимаю. Но слова так и рвутся наружу. Позвольте мне сказать их.
И не успел профессор ничего ответить, как я, громко и четко, демонстрируя достойное любого оратора произношение, сказала:
- Я всего лишь хотела поблагодарить вас за те книги, которые вы купили для меня на Рождество, а также передать привет от мамы. Она просила сказать вам, что с нетерпением ждет, когда вы снова придете на чай.
Я едва нервно не расхохоталась, когда увидела метаморфозы, произошедшие с лицом Снейпа. Сперва подозрительность сменилась удивлением, а затем крайней степенью изумления, но внезапная вспышка гнева стерла все следы предыдущих эмоций. Я спрятала дрожащие руки под партой, положив их на колени, не желая показывать, как нервничаю. Внутри меня все как-то сжалось, и происходящее перестало казаться реальным. И тогда я произнесла последнюю, множество раз отрепетированную фразу:
- Она непременно приготовит пудинг, который вам так понравился.
Увлеченная реакцией профессора, я совсем не смотрела на ребят, но всем своим существом чувствовала, что восемь пар глаз моих однокурсников сейчас устремлены на меня, в немом удивлении и вопросе.
- Что вы себе позволяете? – проревел Снейп, и я тут же пожалела о своем глупом желании отомстить.
- Извините, сэр, - пролепетала я, - Я просто хотела выразить благодарность и передать слова мамы. Вы же знаете, какая она настойчивая. Сегодня в письме она написала…
Жестом фокусника я извлекла из кармана мантии помятый пергамент.
- … спроси у Северуса, какой пудинг он предпочитает, йоркшерский или хемпшерский. Если он не знает, в чем разница, то…
- Мне плевать, какая там разница, - процедил Снейп, и я нервно сглотнула.
Письмо задрожало в руках.
- Вот, вы можете прочитать и убедиться сами, - сказала я, отчаянно желая, чтобы Снейп поверил, что это правда, - Возьмите.
Я протянула письмо. Снейп подлетел ко мне, навис сверху, словно туча, и ледяным тоном проговорил:
- Минус десять баллов с Гриффиндора за неслыханную наглость и взыскание сегодня после ужина.
Этого следовало ожидать. Но я решила не бросать дело на полпути. Раз уж я решилась на это, надо было идти до конца.
- И еще тетя Роузи сообщила, что собирается приехать на пасху, - уж не знаю как, но мне удалось произнести это ровным голосом, все с той же раздражающей жизнерадостностью, - Обычно она не приезжает чаще, чем раз в год, но она позвонила маме и сказала, что если вы тоже придете, то она не поленится преодолеть расстояние от её дома до нашего. По правде сказать, она от вас без ума. Говорит, что более очаровательного молодого человека ей видеть не доводилось.
Я видела, что рука Снейпа потянулась к палочке, а потому поспешила добавить:
- Я цитирую её слова, сэр! Я не хотела оскорбить вас, или обидеть!
- Безусловно, - процедил он настолько ядовито, что моё тело невольно содрогнулось, - Надеюсь, вы понимаете, что поплатитесь за каждое сказанное вами слово? – прошипел он, склонившись надо мной, словно старый клен, которому ветви стали в тягость.
Не просто чувствовать себя «в своей тарелке», когда кто-то настолько бессовестным способом нарушает твое личное пространство. Снейп об этом знал и с удовольствием пользовался.
- Сэр, я просто передала слова моей мамы, - прошептала я, невольно глядя невинно-испуганным взглядом в черные непроницаемые глаза преподавателя.
- Я не позволю вам насмехаться надо мной, - отчеканил он, и, резко развернувшись, вернулся к своему столу, - Всем работать, живо! – рявкнул он, заметив, что все наблюдают за нами.
Когда урок подошел к концу, я тихонько выскользнула из класса. Снейп не стал напоминать о взыскании, но я понимала, что оно остается в силе, и грядущий вечер станет не самым приятным времяпрепровождением.
- Ну ты даешь! – восхищенно произнес Рон, обнимая меня за плечи, - Если бы он тебя убил, ты посмертно стала бы героиней.
- Не преувеличивай, - отмахнулась я.
- Но Гермиона, зачем ты это сделала? – спросила Джинни, и тогда я рассказала о подслушанном разговоре.
- Ах он мошенник! – возмутилась подруга, - Тогда он получил по заслугам! Надеюсь, он сейчас сидит где-нибудь и скрепит зубами от злости.
- Если и так, вы непременно услышите скрип, - раздалось у нас за спиной, и мы медленно повернулись.
- Ээ, профессор Снейп, - пролепетала Джинни.
Зельевар стоял, сложив руки на груди, его высокая фигура угрожающе чернела на фоне окна.
- Не вижу причин сердиться, - ответила я уже ставшим привычным беззаботным голосом, - Никто из нас не сделал ничего такого. Ой, уже пора на обед, до свидания, профессор, - быстро сказала я, и, схватив за руки Рона и Джинни, поспешила в направлении Большого Зала.
До вечера я Снейпа не видела. Просидев до ужина в библиотеке, я, быстро поев, решила зайти к Гарри и Драко и проверить, как у них дела.
Когда я, укрытая мантией-невидимкой, вошла в комнату, Драко, сидевший на подоконнике с книгой в руках, не заметил моего прихода, и я смогла несколько секунд просто полюбоваться им, настолько увлеченным книгой, что маленькая морщинка залегла меж светлых бровей, а тоненький пальчик передвигался по строчкам, нервно подрагивая. Но в следующий момент Драко, почувствовав, что за ним наблюдают, резко вскинул голову и уставился в пустое пространство – как раз туда, где стояла я. Стоило мне снять мантию, как он спрыгнул с подоконника, захлопнул книгу и небрежно отбросил том в сторону.
- Здравствуй, Гермиона, - вежливо произнес мальчик, поправляя пижамную куртку – он так и не соизволил переодеться.
- Здравствуй, Драко, - ответила я, выкладывая из сумки учебники, и расставляя их на полке.
- Как прошел твой день? – спросил он, всё еще стоя у окна по стойке смирно.
- Прекрасно, спасибо… правда… у меня сейчас взыскание у профессора Снейпа, но, я надеюсь, оно не продлится долго.
- О! – воскликнул Драко, как мне сперва показалось, с радостью, но он тут же добавил, - Ничего страшного, дядя Северус хороший. Он тебя не обидит.
- Хотелось бы мне в это верить, - пробормотала я, прикидывая, стоит ли надевать свитер – в подземельях зимой довольно холодно, но чистка котлов очень неплохо согревает.
Вопрос только в том – повезет ли мне настолько, что я отделаюсь котлами?
- Иди, и ничего не бойся, – сказал Драко тоном почти отеческим.
Я улыбнулась. Драко открыл дверь, изображая галантного джентльмена, и я уже почти вышла в коридор, когда вдруг замерла и повернулась к мальчику.
- А где Гарри? – спросила я.
Драко лучезарно улыбнулся и ответил:
- Он спит, - я проследила взглядом туда, куда указывал маленький пальчик, и увидела, что Гарри действительно спал в своей кроватке, укутавшись с ног до головы в плед.
- Мне кажется, ему холодно, - я сделала шаг в сторону Гарри, но Драко неожиданно взял меня за руку.
- Ты только разбудишь его, пусть он спит.
Я взглянула в светящиеся нежностью голубые глаза. Настоящий ангелочек.
- Ну хорошо, - я потрепала мальчика по голове, и вознамерилась покинуть комнату, как вдруг из ванной раздался какой-то звук.
- Что это? – спросила я.
Драко, подталкивая меня к выходу, ответил:
- Я только что принимал ванну, наверное, неаккуратно поставил шампунь.
Я кивнула, принимая объяснение, но тут же остановившись, взглянула на Драко.
- Тогда почему же ты не оделся после ванны в нормальную одежду?
Мальчик закатил глаза.
- Потому что всё равно скоро ложится спать.
- Ну ладно...
Я уже была в коридоре, закрывая за собой дверь, и размышляя о том, что могу опоздать на взыскание, как из ванной раздался на этот раз куда более громкий стук.
Я твердо остановила закрывающуюся дверь, отстранила Драко, пытавшегося преградить мне путь и твердой походкой прошла к ванной. Открыв дверь, я едва не вскрикнула от ужаса.
Там, удобно расположившись в ванне, лежал мальчик-русалка, с головой Гарри и огромным отливающим бронзой изумрудно-зеленым хвостом.
- Что это, черт возьми, значит? – отчеканила я.
Гарри взглянул на меня невинным взглядом, открыл рот и издал звук, похожий на крик дельфина.
Я почувствовала, что у меня затряслись руки. Обернувшись, я увидела Драко, выглядевшего как нашкодивший котенок.
- Драко? – произнесла я напряженным голосом, не желая говорить что-либо еще, ибо из моих уст вполне могла политься ненормативная лексика, так велико было мое потрясение.
- Мы просто играли, - произнес Драко, сверля взглядом пол, - Я был как бы пиратом и это был мой корабль.
Он указал на ванну, в которой сидел Гарри, и только тогда я заметила, что штора была замысловатым образом закручена вокруг неизвестно откуда взявшейся метлы, изображая паруса. Наверху красовался нарисованный красками пиратский флаг. Тарелка, раскрашенная под штурвал, лежала под раковиной, в самой раковине валялась, судя по всему, нарисованная мальчиками карта.
- И Гарри должен был быть рыбой, - продолжал Драко, - Но он сказал, что не хочет быть рыбой.
Гарри согласно крякнул – или как можно охарактеризовать этот звук…?
- Мы поспорили, и я случайно превратил его в полурыбу.
Я устало потерла лицо.
- А расколдовать ты его не можешь, - заключила я.
Драко покачал головой, продолжая виновато дуться и смотреть в пол.
- Я пытался найти что-нибудь в твоих книжках, но там ничего не было.
Я достала палочку и направила на Гарри. Как я и предполагала, Фините Инкантатем не сработало.
- Нужно нести его в Больничное Крыло, - устало вздохнув, сказала я.
- Он не может без воды, - тихо пробормотал Драко.
- Ты понимаешь, что он говорит? – удивилась я.
Драко отрицательно покачал головой.
- Тогда я, пожалуй, не хочу знать, как ты это выяснил. Что ж… тогда надо, чтобы мадам Помфри или директор пришли сюда. Я не знаю, что делать с последствиями детской магии, да еще в вашем случае. Вы находитесь под действием зелья, и любое серьезное применение магии по отношению к вам может быть опасным… да и по школе тащить его в таком виде я не могу.
Драко согласно кивнул. Я взглянула на Гарри – тот выглядел вполне счастливым в нынешнем состоянии. Весело шлепая хвостом по воде, он издал несколько дельфиноподобных звуков и окунулся в воду с головой.
- Будь здесь с ним, - сказала я Драко, а сама направилась в комнату, чтобы связаться с директором через каминную связь.
Но профессора МакГонагалл в кабинете не оказалось. В Больничном крыле тоже было на удивление пусто.
Я села в кресло, не зная, что предпринять.
Несколько секунд я сидела неподвижно, пока не раздался резкий стук в дверь. Прогнав иррациональную мысль о том, что профессор МакГонагалл каким-то образом узнала, что у нас неприятности, и пришла, я произнесла «войдите».
Но гость, отказавшись принять мое предложение, влетел в комнату подобно урагану.
- Ой, профессор Снейп, извините, сэр, я совсем забыла, тут…- пролепетала я, поднимаясь из кресла.
Но договорить мне не дали. Снейп подскочил ко мне совсем близко, его руки сжимали и разжимали воздух, пытаясь, вероятно, вообразить, что проделывают это с моей шеей.
- Вы… Наглая, испорченная, самонадеянная девчонка! – выплюнул он, заставив меня сжаться в комочек, - Кем вы себя считаете? Вы уверены, что раз являетесь подружкой Поттера, то вам все дозволено? Так позвольте напомнить, что вы все еще в школе, и я всё еще ваш профессор. И я требую, - сделав ударение на последнем слове, зло сказал он, - чтобы вы проявляли должное уважение ко мне. Ничто не дает вам права вести себя подобным образом и демонстрировать такое непочтение к преподавателю.
Я смотрела на него заблестевшими от слез глазами и боялась произнести хоть слово. Не желая позволить ему увидеть мою реакцию, я попыталась отвернуться, но он кончиком пальца дотронулся до моего подбородка, вынуждая снова встретиться с ним взглядом. О, я видела, что он упивался моим состоянием и наслаждался тем, что расстроил меня.
- Во-первых, профессор Снейп, я сама по себе кое-что представляю, и если и бываю заносчивой и самонадеянной, то не от того, что дружу с Гарри, а от того, что мне есть, чем гордиться, - ответила я срывающимся голосом, - А во-вторых, сэррр, я всегда уважала вас, а если и продемонстрировала сегодня на уроке обратное, то лишь потому, что вы сами поступили подло по отношению к моим родителям. Я всего лишь хотела вам отомстить.
Снейп сделал шаг назад, сложил руки на груди и зло произнес:
- В самом деле? И чем же я обидел ваших родителей? В чем я виноват перед ними?
- Вы обманули их, притворяясь, что они нравятся вам. Я знаю, моя мама немного… необычная, но она так искренне прониклась к вам симпатией! А вы, сэр, всего лишь сыграли на её чувствах, чтобы добиться своей цели и выиграть спор.
Профессор слегка склонил голову.
- Любопытно… Что ж, давайте сначала разберёмся с тем, откуда вам стало известно о споре.
Я закусила губу, раскаиваясь за свою болтливость.
- Я не слышу, - настойчиво произнес Снейп.
- Я случайно подслушала ваш разговор с профессором МакГонагалл, - прошептала я.
Профессор Снейп ухмыльнулся.
- Достойный гриффиндорца поступок, в самом деле, - процедил он, довольно щурясь. А теперь давайте разберемся с первым пунктом обвинения. Вы утверждаете, что я «обманул их, притворяясь». Но, позвольте узнать у вас, мисс Я-знаю-всё-на-свете, что же тогда, по-вашему, вежливость?
Я удивленно распахнула глаза.
- Ну же, не молчите. Я уверен, вы знаете ответ. Иначе и быть не может, - продолжал глумиться он.
- Вежливость это… - бывает так, что самые простые вопросы ставят вас в тупик, но всё же я нашлась, и ответила, - соблюдение правил этикета, сэр. Как, например, то, что я обращаюсь к вам «сэр», сэр. Это благопристойное поведение в обществе, а также способ выразить уважение к человеку или признание за ним авторитета.
- Считаете ли вы, мисс Грейнджер, что вежливость – это хорошо? – был следующий вопрос.
Я кивнула.
- Да, сэр.
- А теперь послушайте, что Я думаю по этому поводу. Вежливость это самая приемлемая форма лицемерия. Зачастую она лишь облагораживает и скрывает то, что по сути своей есть гниль и грязь. Но люди так стремятся к вежливости, как стремятся ко всему поверхностному, что для них стираются все грани между уважением, приличием и лицемерием. Уважение, мисс Грейнджер, можно проявить, явившись на взыскание, когда вы знаете, что вас ожидают…
Я попыталась оправдаться, вспомнив, кстати, о мальчиках в ванной, но Снейп жестом заставил меня замолчать.
- То, что я продемонстрировал в отношении ваших родителей была вежливость в истинном её смысле. Манера, которой от меня все с таким нетерпением ожидают и всегда разочаровываются, не получив. Так что же я сделал не так, мисс Грейнджер? – профессор вопросительно поднял одну бровь, весь его вид говорил о том, что он уже считает себя победителем в споре, - Должен ли был я заявиться в ваш дом и начать отпускать язвительные комментарии? Или, возможно, я не стал бы объектом вашей мести, молчи я, словно немая рыба?
- Кстати, о рыбах, - вставила я, наконец, - Там в ванной проблемы.
Снейп слегка опешил, но затем, резко развернувшись, без лишних вопросов прошел в ванную комнату. Я поспешила за ним.
Гарри блаженно закрыв глаза, развалился в ванне, Драко же с печальнейшим лицом – очевидно, он ожидал, что ему достанется за такое колдовство – сидел на полу рядом.
Профессор несколько секунд созерцал картину, и, не сказав ни слова, махнул палочкой в сторону Гарри. Вероятно, он произнес невербальное заклинание, но ничего не произошло.
Кивнув каким-то своим мыслям, он повернулся ко мне и, словно забыв о предыдущем разговоре, деловито спросил:
- Вы уже позвали мадам Помфри?
- Нет. Ни её, ни профессора МакГонагалл нигде нет – я пыталась связаться с ними через камин, а потом пришли вы…
- Идите, найдите их, - бросил Снейп, подходя к Гарри и внимательно осматривая его.
Я вернулась в комнату и решила снова попытать счастья с камином. На этот раз и директор и мадам Помфри обнаружились в Больничном Крыле, носясь над двумя больными. Один, как я успела заметить, был сплошь покрыт свежей зеленой травой, а второй, кажется, стал счастливым обладателем оленьих рогов.
Получив от мадам Помфри обещание придти через несколько минут, я вернулась в ванную. Там Снейп пытался поговорить с Гарри, но последний лишь издавал эти странные звуки. Что ж, по крайней мере, было очевидно, что чувствует себя мальчик просто прекрасно. Я окинула взглядом скорбную фигурку Драко. Он посмотрел мне в глаза.
- Зачем ты стал врать мне? – спросила я у него, - Ты должен был сразу сказать, что у вас случилось, а не пытаться выпроводить меня.
Драко склонил голову еще сильнее.
- И достаточно этого самобичевания. Если ты думаешь, что мне сейчас станет жаль тебя, и твое наказание уменьшится, ты ошибаешься, - заметила я, и профессор Снейп странно посмотрел на меня, - Потому что я не собираюсь тебя наказывать, - ошарашила я всех.
Драко просиял.
- Правда?
Я, сохраняя строгое лицо, сказала:
- Потому что я верю, что ты сделал это не специально. Но если это повторится, даже случайно, тебе не сдобровать. Ты должен учиться контролировать свою магию.
Драко радостно улыбнулся, подлетел ко мне и обнял. Я взглянула на профессора – тот недовольно покачал головой. Ну и что! Как хочу, так их и воспитываю.
Вскоре пришла мадам Помфри в сопровождении профессора МакГонагалл, и Гарри скоро снова превратился в мальчика. Он не выглядел слишком довольным этим фактом, но спорить особенно не стал.
После счастливого спасения, все «гости» покинули нашу комнату, оставив меня наедине с мальчиками. Профессор Снейп, правда, на прощание заметил, что раз я не явилась на взыскание, оно переносится на завтра. И еще тише добавил, что разговор наш не окончен.
Я покорно кивнула, радуясь, что день, наконец, закончился.

Категория: Мои статьи | Добавил: caitsith (06.05.2008)
Просмотров: 621 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
Статистика
Copyright MyCorp © 2017
Хостинг от uCoz